Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
01:40 

Honsu
Вольная дрянь

Петербург — удивительный город. Здесь каждая улица, каждый дом пропитан историей, казалось бы такой недавней, но при этом удивительной и известной на весь мир. В столице Российской Империи жили родственники всех известных царских фамилий, здесь останавливались великие художники и писатели, происходили революции и смертоубийства. Садики, образовавшиеся на месте разрушенных во время блокады домов, доходные дома, выстроенные на месте прекрасных садов, неприглядные с виду здания, изукрашенные внутри работами знаменитых художников и скульпторов. Все это - исторический центр Петербурга, и об одном его доме я бы хотел рассказать сегодня.
От Невского проспекта почти до самого Обводного канала тянется улица Марата. Много лет назад она была поделена на две — Преображенскую и Семеновскую (по названиям расквартированных там полков соответственно), однако после восстания Семеновского полка в 1820-ом году кварталы объединили в один. Впрочем, Семеновский плац (то место, где чуть не повесили Достоевского за компанию с петрашевцами в 1849) сохранил за собой это название вплоть до революции. Да-да, именно здесь, в пригородах столицы были размещены вышедшие из «Потешного» любимые полки императора. Одновременно с этим улицу еще называли Грязной — по слухам из-за того, что из всех, прилегающих к Невскому проспекту дорог она единственная оставалась немощеной в течении долгого времени. Забавна ирония названия - именно по этой улице проходила граница наводнений: если Загородный проспект и Витебский вокзал иногда подтапливало, то современную улицу Марата — никогда. Именно по парку у Театра Юных Зрителей проходила та грань, дальше которой не поднимались воды разъяренной Невы (даже во времена самых разрушительных и гибельных буйств стихии). После смерти Николая Первого улицу переименовали в Николаевскую. Ну а во времена революции - в улицу Марата.
Говорить об этой улице, да и о зданиях на ней расположенных можно бесконечно, нас же сегодня интересует один конкретный дом, занимающий участок в самом конце дороги. Милое розовенькое здание, выполненное в стиле неоренесанса. Еще в те времена, когда Марата была Грязной, а рядом, среди огородов квартировал Семеновский полк, был там построен двухэтажный дом — по собственному проекту Диммерта, который в нем и поселился. Хоть архитектор этот и закончил с медалью академию художеств, был он скорее мастеровым, нежели выдающимся зодчим: перестройки доходных домов, надворные пристройки загородных усадеб... Пиком его карьеры была стела в честь Демидова в его родных Чирковицах. Как бы то ни было, осев на Грязной улице был он вынужден сдавать часть помещений: соседствовал он с семейством Панаевых — известным литератором Иваном, а так же Валерианом — создателем Панаевского театра. Но в итоге все умерли, здание снесли, а на участке воздвигли тот дом, который мы можем видеть сейчас. Построили его для купцов — Муриных. Да-да, тех самых Муриных, тезок Мурино, что рядом с Девяткино. Там забавная история получилась: Петр из Мурома выписал себе корабелов да работников. Поселил их на севере города, радостно смотрел как строят они да мастерят. Радости царя-императора не было предела до тех пор, пока в один прекрасный момент он не обнаружил, что все они были старообрядцами. Попытки перевоспитать их привели к тому, что всей слободой блестящие работяги сбежали в Вологду пока их всех не перетопили. Ну а на волне реформ Александра Второго часть из них вернулась в Петербург. Среди них был и Михайло Мурин, мукомол и садовод. Долго ли, коротко ли, но торгуя редкими фруктами да вкусным хлебом мужик деревенский поднялся, кабачок открыл, дом построил. Денежки зарабатывал, да уже упомянутого выше Федора Достоевского потчевал. Впрочем, не только Достоевского — после революции дом, разумеется, уплотнили, в квартиры набили людей под завязку, но Мурины никуда не уехали, а их магазинчик так и продавал хлеб вплоть до 60-х годов 20-ого века. Даже во время блокады именно в нем раздавали те самые 125 грамм. В самом начале войны, в октябре 1941 года в здание попало два фугаса, в результате чего внутренние пристройки были разрушены а несколько человек погибло.
Здесь же долгое время жил и известный хоровой дирижер, потомок того самого Михайло — Александр Мурин. А еще — я.
Такие дела.
В соседнем же доме находится детская библиотека — среди парадных мраморных лестниц, мозаик Врубеля и фризов Рериха уютно разместилась ее коллекция. Но это совсем другая история.


@темы: приятно знать, что что-то знаешь, Здесь, блять, культурная столица!

URL
Комментарии
2016-09-16 в 09:10 

Ирва-не-Ко [DELETED user]
Боже, это шикарно - как будто целый роман в одном посте прочитала! Совершенно потрясающий стиль: точно, четко, информативно, но в то же время текст очень живой, сочный и богатый. У меня прям стоит перед глазами картинка улицы и этого дома... а внутри он какой?

2016-09-16 в 14:11 

Honsu
Вольная дрянь
Rutas, хуевый :D
Ну в смысле отреставрированный после войны, но без капремонта с момента постройки)))

URL
2016-09-19 в 11:47 

DEMON
Смерти нет, есть дорога в бесконечность...
Здорово написал!

2016-09-20 в 00:34 

Honsu
Вольная дрянь
DEMON, спасибо)

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

диалектика тавтологии

главная